Бои за Тихвин

Утром 10 декабря к нашему новому командному пункту доставили 32 пленных.

— Сдались добровольно. Один пытался стрелять из автомата, но был убит самими пленными,— доложил только что раненный в руку политрук Александр Васильевич Кретов, бывший секретарь Тихвинского райкома комсомола.

Командир бригады приказал начальнику штаба и мне заняться пленными. Это были большей частью ездовые, набранные гитлеровцами из оккупированных стран. Немцев оказалось трое. Их допросом я и занялся.

К ящику из-под мин подошел 19-летний парень в очках. Спрашиваю его:

— Как вы попали в плен?

Мы сопровождали груз, — отвечает. — Ездовые — подневольные люди, они не хотели служить Гитлеру и умышленно поехали другой дорогой, чтобы попасть к вам. Наш унтер, увидев русских, пытался стрелять, но был убит словаком из брошенной мною винтовки.

Что и куда везли?

Продукты из склада и чемоданы офицеров. Приказано доставить в Кириши.

На развернутой мною топографической карте пленный показал расположение немецких складов. О дислокации и составе фашистских войск он знал очень мало, так же, как и два других немца.

Наша бригада продолжала тяжелые бои. Продвигаясь ночью просеками и лесными тропами, мы обходили и окружали занятые врагом села. Деревню Клинцы наш батальон окружил перед рассветом, застигнув гитлеровцев врасплох. Офицеры немецкого подразделения еще нежились в постелях, когда политрук Леонид Корольков, бывший председатель исполкома Тихвинского райсовета, в сопровождении пяти автоматчиков появился в доме.

— Руки вверх!—скомандовал политрук на немецком языке.

Фашисты бросились к оружию. Но было уже поздно. Наши автоматчики быстро их уничтожили.

После этого урока оккупанты стали более бдительными. Днем и ночью они обстреливали из ми­нометов прилегающую к деревням местность. Подъезды и дороги простреливались артиллерией.

На десятые сутки после непрерывных боев и обходов нашему батальону предоставилась возмож­ность три часа отдохнуть в землянках неподалеку от деревни Крапивна. Какое это было счастье — поспать лежа после многотрудных боевых дорог!

В дверях одной из землянок появился командир батальона Иван Семенович Щуров в сопровож­дении своего помощника Трофима Слипченко, который до войны и после длительное время работал в Бокситогорске.

— Крепко спят ребята, жаль будить, — вздохнул комбат.

— Посмотри, Иван Семенович, в правый угол на комсомольцев Костенко, Пахоту, Митю Матвеева. Прижались друг к другу, словно родные братья, — с необычной в этих суровых условиях нежно­стью сказал Слипченко.

— И впрямь братья, — отвечает Щуров.— Мать у них одна—Советская Россия. Их отцы бились за нее в гражданскую войну. Нам приходится спасать Родину-мать от фашистской чумы. Детей на­ших, Трофим Иванович, хотелось бы избавить от таких испытаний.

Короткий отдых окончен. Торопливый ужин — и снова трудный марш. Батальон выступил в обход деревни Луг. Из дотов, окружавших деревню, полетели трассирующие пули — немцы стреляли из пулеметов и автоматов. В прилегающем лесу хлопали мины.

Маловато, Маруся, людей в батальоне осталось, — сказал медработнику Садковой, пришедшей за индивидуальными пакетами, Митя Матвеев.

Он ловко срубал саперной лопаткой елки и подавал их Садковой для устройства перевязочного пункта, который разместился за большим упавшим деревом..

Так ведь каждый бой выводил из строя пятую, а то и четвертую часть людей, — отозвалась Маруся Садкова. — Сегодня девятая по счету операция. Вот ты и подсчитай, сколько теперь нас остается.

Матвеев, зачистив ветку, стал писать цифры на снегу.

— В исходном положении у Воложбинского кордона нас было 650. После боя за железную дорогу и высоту 57,6 осталось 520. Схватка у КП вывела из строя 140... Дальше и считать не стоит. Мне надо идти, до свидания, Маруся.

Следующей операцией нашего батальона было подавление дота противника, контролирующего подход к деревне Луг с запада. Здесь проходила дорога на Кукуй, по которой оккупанты были связаны с Будогощью. Засевшие в доте гитлеровцы упорно сопротивлялись. Однако вскоре огонь наших противотанковых ружей заставил замолчать вражеский крупнокалиберный пулемет. Автоматы же строчили с прежней силой. Враг яростно сопротивлялся,рассчитывая на подкрепление из деревни Кукуй.

Но напрасными были надежды гитлеровцев. В этот день регулярные части Волховского фронта начали наступление на Будогощь и блокировали Кукуй. Это была ощутимая помощь нашей брига­де, которая вела бои за деревню Луг. В разгар боя раненного в руку комбата Щурова заменил старший сержант Александр Петрович Матвеев. Под его командованием и было завершено выполнение боевой задачи.

20 декабря 1941 года фашисты были выбиты из Будогощи и отброшены за реку Волхов. Это была большая победа наших войск, в том числе и гренадеров, в трудном и грозном сорок первом году.    

Воронин, Н. В сорок первом // Новый путь. – 1967. – 8 января.  – С. 2,3.

© 2018 МБУ «Бокситогорский межпоселенческий культурно-методический центр»
187650, Ленинградская обл., г.Бокситогорск, ул.Комсомольская, д.5
Яндекс.Метрика