Из истории Ефимовского края Бокситогорского района

Наша Родина готовится торжественно отметить 51-ю годовщину Великой Октябрьской социалистической ре­волюции. Трудно переоценить то громадное значение, которое сыграл Октябрь для дальнейшего развития всех отраслей народного хозяйства. Большие перемены в жизни народа, происшедшие в нашей стране после революции, особенно чувствуют люди старшего поколения, жившие при царизме полтора-два десятка лет.

В 1904 году я учился во втором классе церковно-приходской школы. По слогам читал газету «Биржевые ведомости», которую сообща выписывали три семьи. Больше никто не выписывал газет, так как семейный бюджет у наших мужиков был очень скудный.

В деревне только у трех жителей были стенные часы-«ходики». Остальные сельчане время узнавали по солнцу и ночному крику петухов. Главным источником существования крестьянина являлась земля, отводимая, как правило, вдалеке от деревни. Лучшие участки принадлежали помещикам и кулакам.

На своих крохотных участках крестьяне выращивали и продукты питания, и сырье для одежды: сеяли рожь, овес, лен, картофель, овощи; держали коровенку, пару овец. Лошадей имела не каждая семья. В магазинах покупали только керосин, спички, мыло и соль. Одежду и обувь шили сами. Зимой крестьяне носили чуни, которые плели из веревок. В народе они назывались «батожками в 44 клетки».

У нас на родине было развито гончарное производство. Почти каждая семья занималась изготовлением глиняной посуды. Мужики устанавливали в избах станок, запасали четыре-пять пудов глины. Месили глину ногами, разрезали на куски и на станках делали нужную посуду. Затем в русских печах обжигали ее и продавали на базаре. Для прочности горшки, миски и кринки обливали свинцовым суриком.

Гончарное производство давало крестьянам небольшой доход. Но жизнь от этого не становилась лучше. Надышавшись испарениями свинцового сурика, медного и железного купороса, мастера-гончары редко доживали до 55 лет. Смертность была большая.

А сколько грязи было в избах! У каждого мужика в избе стояло корыто, лохань с пойлом для скота, кадка с питьевой водой. Зимой где-нибудь в углу отводилось место для теленка. Смрад и чад стояли в домах.

О тяжелой доле русского мужика, о его житье-бытье тяжело вспоминать теперь. Сейчас даже не верится, что так бедно жили мы в то время.

Шапкин, В. Теперь и не верится // Новый путь. – 1968. – 5 ноября. – С. 3, фотоил. (Пос. Ефимовский)

© 2019 МБУ «Бокситогорский межпоселенческий культурно-методический центр»
187650, Ленинградская обл., г.Бокситогорск, ул.Комсомольская, д.5
Яндекс.Метрика