Из истории Бокситогорского района

Статистика свидетельствует: земледелие — главное занятие жителей уезда, но урожаи бывают скудные, и продовольствия не хватает для содержания населения. Беднейшие из крестьян нанимаются работать на судах и шлюзах. Живущие на больших дорогах содержат постоялые дворы и извозничают в Ладогу, Тихвин и Соминскую пристань. За свой побочный заработок крестьяне, жившие вдоль Ярославского тракта, должны были платить дополнительные подати.

В своих отчетах губернаторы и жандармские офицеры доносили слух о глухом брожении, усиливавшемся в крепостной деревне. Повсюду распространялись слухи о близком освобождении. Барщина выполнялась плохо, оброк вносился неаккуратно. В крестьянстве нарастала готовность к открытой борьбе за волю и землю. Усиление крепостничества в начале 19 века и деспотизма помещиков по отношению к крестьянству было характерным для нашего края.

История сохранила ряд документов того времени, свидетельствующих о бедственном положении русских крестьян. В 1809 году боровицкая помещица Путилова засекла до смерти свою дворовую девку Пелагею Федорову (Озерской погост).

Непомерные налоги и зверства помещиков вызвали сильное волнение крестьян в Койгушском и Пелушском погостах. В течение продолжительного времени бунтовали крестьяне Озеревского погоста.

Помещик Теглев, напуганный выступлениями своих крестьян, обратился с просьбой к новгородскому губернатору прислать воинскую команду. Он писал: «Крестьяне мои Тихвинского уезда Озеревского погоста в деревнях Толсти и Курятах бунтуют, не только не повинуются мне, но не дают пахать господской запашки, заперли мои амбары и расхищают хлеб, и между тем оный бунт распространился на всю нашу с теткою и братьев вотчину, в 600 душ состоящую». Это было в 1826 году.

Для усмирения бунта туда выезжает тихвинский предводитель с войсками военных поселян. По прибытии предводитель приказал собраться крестьянам только одной барщины в деревне. А крестьяне собрались всех пяти барщин, и не в деревне, как хотел предводитель, а в поле. Предводитель не решался применить силу против вооруженных крестьян и срочно запросил прислать еще две роты солдат.

В своем донесении новгородскому губернатору о причинах волнения он сообщал, что «крестьяне до такой степени были отягощены оброком и работами, что некоторые из них почти не имели сил и возможности оплачивать и исполнять оные, что кто из крестьян был не в состоянии платить наложный оброк, тому было приказано ходить на барщину в каждые три недели по одной».

Над взбунтовавшимися крестьянами в 1827 году состоялся суд. Двадцать седьмого сентября этого же года последовало собственноручное его императорского величества Николая I следующее высочайшее повеление: «Наказать кнутом одного из самых дерзких, остальных, приговоренных к кнуту, наказать плетями по 40 уда­ров и сослать в Кронштадт в арестантскую роту».

Таким образом расправились власти с крестьянскими волнениями в Озерском погосте.

Калинин, М. За лучшую долю // Новый путь. – 1973. – 1 ноября. – С. 3.

Не улучшила положение крестьян и реформа 1861 года. Падение крепостного права в России было крупным событием в ее истории. Оно положило начало  новой социально-экономической формации — формации капиталистической. Реформа, осуществленная государством крепостников-помещиков, естественно, была проведена по-крепостнически. «Пока крепостники не свергнуты, — подчеркивал В. И. Ленин,— никакие реформы, и особенно аграрные реформы, невозможны иначе, как в крепостническом виде крепостнического характера и способа проведения». (В. И. Ленин. Том 20, стр. 172). Эти замечательные  слова великого вождя  характеризуют крепостнический характер крестьянской реформы. Сохранилась уставная  грамота помещика графа Сумарокова, составленная для сельского общества деревни Коробищи. Как видно из этого документа, граф Сумароков составил грамоту по своему личному желанию.  В первой части уставной грамоты говорится, что в селении 10 душ мужского пола. Отпущенных на волю нет.

Крестьяне надеялись, что долгожданный царский закон обеспечит им полную хозяйственную и личную независимость, но вышло так, что вместо цепей крепостных они получили новые цепи. Теперь они со своего надела не получали хлеба даже на прокорм семьи и вынуждены были арендовать землю у помещика. За аренду платили каждый второй сноп или отрабатывали в неделю, как и при «крепости», теряя дорогие дни на всякие провинности, — дорожные, погонные, земские и волостные. Для себя оставалось мало времени, и мужики выходили на работу засветло, ночевали в поле. Выгон был маленький, без сенокосных угодий, их крестьяне арендовали у помещика исполу. Платили ему штрафы. Весь лес был барский. Чтобы поставить избу или амбар, надо было закабаляться у помещика или залезать в долги к деревенским богатеям.

Резкое оскудение деревни и массовое разорение явились причинами непрекращающихся крестьянских волнений в уезде. Поводы для волнений были различные: чрезмерные подати, повинности, вконец разорившие крестьян. Даже земство было вынуждено признать тяжелое положение крестьянства в уезде в послереформенный период.

Сохранилась выписка из протокола Устюженского земского собрания от 22 марта 1884 года. Собрание слушало доклад управы по поводу прошения крестьян деревень Пучнино и Тургошь Верховско-Вольской волости, которые с мая месяца сего года должны будут в количестве 48 душ остаться под открытым небом, без малейших средств к существованию и дальнейшему обеспечению быта.

Несколько позднее Тихвинская земская управа прислала в Новгородскую губернскую управу образцы хлеба, муки и ржи, которыми питались крестьяне. В хронике Новгородского земства 1899 года говорится: «По наружному виду присланный хлеб представляет из себя какую-то темно-бурую массу, скорее похожую на скотский помет, чем на хлеб, и нужно только удивляться тому, как люди могут питаться подобным, отвратитель­ным на вкус суррогатом! Очевидно, только край­ний голод может принудить человека есть подобную пищу. Деревни, из которых взяты присланные образцы хлеба, — Ванина и Федоровский находятся всего в 40 верстах от города Тихвина».

Бедность, нищета и невежество царили в крае во второй половине XIX века. Об этом красноречиво свидетельствует такой факт: крестьяне деревни Врачево Деревской волости, ныне Труфановского сельсовета, сожгли Аграфену Игнатьеву, обвинив ее в колдовстве. Этот дикий случай получил большую огласку не только в России, но и в Европе.

Калинин, М. Царская «милость» // Новый путь. – 1973. – 2 ноября. – С. 3.

© 2019 МБУ «Бокситогорский межпоселенческий культурно-методический центр»
187650, Ленинградская обл., г.Бокситогорск, ул.Комсомольская, д.5
Яндекс.Метрика